Наши любимые русские и советские вальсы
Евгений Дога: самый популярный свадебный вальс
Белое, черное, красное: эти цвета присутствуют почти в каждой сцене фильма Эмиля Лотяну «Мой ласковый и нежный зверь». На фоне буйной зелени старой дворянской усадьбы строгий контраст белого и черного безупречно вычерчивает рисунок кадра, а красный цвет вносит в него напряжение и динамику. Красный возникает в кадре то летящим силуэтом платья, то ярким пятном цветка гвоздики, то нежным отблеском лучей заката, в финале же проступает алой кровью на белоснежной повязке: страсти, разыгравшиеся под сенью векового парка, отняли жизнь у юной героини этой драмы.

Вальс был написан композитором специально для фильма «Мой ласковый и нежный зверь». Участники съемочной группы позже вспоминали, что музыка Евгения Доги оказывала на них особое, почти гипнотическое воздействие. Иной раз даже создавалось ощущение, что именно она, эта музыка, подсказывала режиссеру и актерам неожиданные и тонкие художественные решения – ведь съемки шли под фонограмму.

Главная тема вальса начинается с плавного движения по устойчивым ступеням лада. Однако ее спокойное течение перебивается тревожными короткими мотивами – кажется, будто из-за облаков доносятся голоса перелетных птиц. С каждой новой фразой мелодия поднимается все выше и выше. Постепенно она утрачивает аристократическую сдержанность, ускоряет темп, набирает мощь и вовлекает танцующие пары в свое безудержное вихревое движение. На вершине кульминации музыка срывает покровы с тайных мыслей героев, обнажает чувства, обостряет конфликты, и вдруг – холод по коже – становится ясно: трагедия неизбежна.


Вот уже четвертый десяток лет мелодия из фильма «Мой ласковый и нежный зверь» звучит во дворцах бракосочетания по всей стране: молодых приглашают на первый в их совместной жизни вальс. Неужели ни юные влюбленные пары, ни умудренные опытом сотрудники ЗАГСов не ощущают трагизма этой прекрасной музыки? Как бы там ни было, но с вальса Евгения Доги начали свою семейную жизнь уже сотни тысяч молодоженов! Пусть же судьба поможет им избежать печалей и отмерит счастья с избытком.


Русский романтический вальс 19 века

Родоначальником русского романтического вальса был, конечно же, Михаил Иванович Глинка. Сегодня его гениальный «Вальс-фантазия» несколько подзабыт. Между тем, все остальные русские и советские симфонические вальсы выросли именно из него. Сочетание светлой лирики, романтической полетности и трагической напряженности – вот главные черты, объединяющие их и находящие живой отклик в противоречивой и вечно мятущейся русской душе.




К творчеству другого выдающегося российского композитора 19 века, Петра Ильича Чайковского, судьба оказалась более благосклонной. Вальсы из балетов «Щелкунчик» и «Спящая красавица» уже больше ста лет исполняются во всех рождественских и новогодних концертах. Все эти годы публика тепло принимала и «Сентиментальный вальс». Не так давно эта музыка вдохновила наших прославленных фигуристов Елену Бережную и Антона Сихарулидзе на создание лирической танцевальной программы.

Бережная и Сихарулидзе получили немало наград за эту работу, но все-таки не они первыми стали использовать романтический вальс в качестве музыкальной основы для спортивно-хореографической композиции. Любители фигурного катания «со стажем» наверняка помнят потрясающий танец Людмилы Пахомовой и Александра Горшкова на музыку вальса Арама Ильича Хачатуряна «Маскарад».

Вальс Арама Хачатуряна «Маскарад»
Этот вальс все привыкли называть коротко: «Маскарад». На самом деле это одна из частей музыкальной сюиты, сочиненной А. И. Хачатуряном к драме М. Ю. Лермонтова «Маскарад» еще в 1941 году. В сюжете драмы тесно переплелись любовь и ревность, коварство и отчаяние.
Конечно же, весь этот клубок страстей нашел отражение в музыке вальса, однако даже в кульминациях, в моменты высочайшего накала эмоций, оркестр Хачатуряна звучит романтично и неизменно благородно.

В 1976 году чемпионы мира и Олимпийских игр по танцам на льду Л. Пахомова и А. Горшков исполнили вальс «Маскарад» на показательных выступлениях. «Золотой» советской паре рукоплескал весь мир! Такого сочетания техники и артистизма не удавалось достичь еще никому. Кроме того, многие зрители впервые открыли для себя необыкновенно красивую и экспрессивную музыку Хачатуряна. Да, в тот год сотни тысяч меломанов во всем мире добавили в свои личные фонотеки грампластинки с записью вальса «Маскарад».
Видеоматериалы тех лет несовершенны – простим им этот недостаток, насладимся музыкой и танцем.




Старинные русские вальсы (начало 20 века)
Старый городской сад, танцплощадка, эстрада «ракушкой» – и непременно духовой оркестр, играющий старинные русские вальсы… Удивительно: многие из нас испытывают чувство ностальгии при звуках духового оркестра, даже если мы родились спустя десятки лет после войны и ни разу в жизни не видели настоящей «ракушечной» эстрады! «Амурские волны», «Березка», «На сопках Маньчжурии», «Осенний сон»…

О нет, «Осенний сон» – это, к сожалению, не наше. В начале 20 века вальс «Autumn Dream» сочинил британский композитор Арчибальд Джойс. Однако российская публика так полюбила его, что привыкла считать своим.
А что же остальные старинные русские вальсы? Может быть, и у них иноземное происхождение? Нет, остальные – настоящие россияне. Вальс «Березка» написан русским военным музыкантом Дрейзиным Е. М., «На сопках Маньчжурии» – Шатровым И. А.





Фронтовые лирические песни-вальсы

В годы Великой Отечественной войны наряду с суровыми маршами звучала и лирическая музыка. Напевные мелодии и простые искренние слова на фронте были даже важнее, чем маршевые ритмы и воинственные призывы.
В задушевных интонациях песен-вальсов, таких, как «В лесу прифронтовом» (авторы композитор Матвей Блантер и поэт Михаил Исаковский), слышался и привет из мирной жизни, и наказ биться до победы.



В это трудно поверить, но было время, когда целый ряд лучших советских песен военного времени полуофициально «прикрыли». Их не разрешали выпускать в радиоэфир, запрещали петь со сцены. Аргументация была абсолютно абсурдной – но это мы понимаем уже сегодня, спустя десятилетия. А тогда, в 70-х, о фронтовой песне Михаила Фрадкина и Евгения Долматовского «Случайный вальс» в учебнике для музыкальных училищ было написано, что она-де безнравственная, потому что «воспевает сомнительную поэзию случайных встреч».

Сегодня никто уже не помнит имен деятелей, столь трепетно заботившихся о нравственной чистоте советского народа. А мы, слушая песню «Случайный вальс», как будто переносимся в те военные годы – и сжимается сердце.

Вальсы в нашем кино
Кино совершенно немыслимо без музыки, а романтическое кино – без вальса. В кинофильме про школу мы, скорее всего, услышим лирически-взволнованный, с грустинкой, вальс выпускников (как в фильме «Розыгрыш»), в лирической комедии наверняка прозвучит вальс с юмористическим оттенком («Ирония судьбы, или С легким паром»), а уж новогодняя картина не обойдется без праздничного вальса («Карнавальная ночь»). В философской сказке вальс может промелькнуть намеком, припевом, вставкой – но он обязательно будет («Обыкновенное чудо», «Тот самый Мюнхгаузен»).

Иной раз музыка преображает бесхитростный, казалось бы, сюжет, и «договаривает» то, что невозможно донести с помощью видеоряда: именно такую роль играет в фильме «Берегись автомобиля» чудный вальс Андрея Петрова. Его нежная и прозрачная музыкальная ткань – это зеркало, в котором отражается светлая, немного «не от мира сего», душа современного Робин Гуда.



Вальс Георгия Свиридова «Метель»
Завсегдатаи филармонических концертов прекрасно знают и любят этот изысканный и одновременно роскошный вальс. Однако с недавнего времени отрывки из него стали звучать в телевизионной рекламе. Нечастый случай: реклама сделала доброе дело и буквально заставила всех телезрителей огромной страны выучить прекрасную музыку на память, да вот только не все знают, что это за музыка и кто ее автор. Пора познакомиться!

Георгий Васильевич Свиридов еще в 1964 году написал оркестровую сюиту к фильму «Метель», снятому по мотивам повести А. С. Пушкина. Вальс – вторая часть этой сюиты. Спустя несколько лет фильм практически забылся, а музыка продолжала звучать: в концертных залах, в грамзаписи, в домашнем любительском исполнении. Георгий Васильевич немного доработал сюиту и переименовал ее в «Музыкальные иллюстрации к повести Пушкина «Метель».



Композитор буквально рисует звуками, как красками, используя богатейшие возможности большого симфонического оркестра. Крайние части вальса – это, конечно же, вьюга, начинающаяся с легкой поземки и вырастающая в неистовый снежный буран; средняя часть – картина блестящего бала.
Музыка иллюстраций к «Метели» не только изобразительна, она еще и психологична: ведь в основе сюжета, как всегда, любовь и разлука. Однако, в отличие от многих других, этот романтический сюжет заканчивается вполне благополучно. От прежних невзгод остаются лишь воспоминания.
Впереди – целая жизнь! Хочется верить, счастливая жизнь.
Будем улыбаться, господа!